Помня не только в "красный день" календаря

Для каждого нормального гражданина нашей страны тема Великой Отечественной войны — актуальна всегда, каждый из нас, я убежден, бережно хранит память о тех временах. Наверное мало в России семей, кого обошло горе утраты своих близких в войне. А для ленинградцев-петербуржцев особенной является тема блокады. Лично для меня, пожалуй, нет такого дня в году, когда бы я не вспомнил о тех трагических и в то же время геройских временах в истории нашей с вами страны. Мне хочется верить, что у многих из тех, кто прочтет этот пост, находится время (чуть больше, чем официальные 2-3 раза в году), чтобы вспомнить и каким бы то ни было образом почтить память о павших в боях за нашу с вами жизнь.

Во время командировок на Кавказ мне часто приходилось ездить через Волгоград, в этих поездках родились следующие два стихотворения:

Под градом из свинца и раскаленной стали
Мы насмерть Сталинграда рубежи держали.
Был каждый на счету — живым из боя выйти не давали,
Здесь даже павшие живых собою закрывали.

А он все грыз сухарь да присказками разговаривал,
Он жутко раздражал, хоть в общем свойский парень был.
И если б пуля-дура в том бою не упокоила товарища,
Он съел бы сухарей, как есть, мешок да и повоевал еще.

А враг ломал упорно фронта полосу,
А мы его за Волгу гнали.
И если пуля бы досталась мне, а не ему,
Ходил бы он сейчас в медалях.

Раздался визг фугасный, я в землю врос костьми.
Ну, погоди, зараза, — заерзало в груди.
Сейчас старлей поправит на планке ордена,
Сойдемся в рукопашной, нам мать родна — война.

А фриц все рвать пытался фронта полосу,
И мы в два раза крепче налегали.
Посмотрим там, кресты дубовые кому,
Ну, а кому, как водится, медали.

* * * * *

В любви к Отчизне, пламенных порывах,
Мне не забыть тех оглушительных разрывов,
Войны минувшей грозных канонад,
Звучавших над тобою, Сталинград.

Навечно в памяти застыли имена,
Их в камне высекла скорбящая страна,
Меч Мира вознеся над братскою могилой.
И Волга разлилась, слез удержать не в силах.

Слезами капли по морщинистым щекам,
Здесь память щемит сердце старикам,
Берущим каждым маем эту высоту,
Годам прошедшим подводя черту.

И как тогда, с друзьями встрече рад
Почти столетний гвардии сержант.
Дрожащими от времени руками
Он лечит на душе тяжелый камень.

И с восхищеньем закусив губу,
Погодки внуки тянутся к нему.
На кителе у прадеда медалей,
Что им обоим заслужить едва ли.

Мальчишки с умиленьем слушают рассказ,
Как деды гнали фрицев за Кавказ.
И огоньком зажглись глаза ребят
От Вечного огня, что греет Волгоград.


Глядя в ночное зимнее окно на пустой невский двор, в память о днях блокады родилось такое стихотворение:

За окнами белеет зимний Ленинград,
Вчерашним снегом улицы запорошило.
Под артобстрел попал дворовый детский сад,
Одной на всех стал Невский братскою могилой.

Опять всю ночь мне снилось черное лицо,
Чернее ночи, с мертвыми чертами:
Старик сползает тихо на крыльцо,
С сведенными от голода губами.

Я сам, признаться, смерти не видал,
Вот так, чтобы вблизи, я смерть еще не видел.
Я сводки день за днем, как Пушкина, читал,
Врагов литературных ненавидя.

Эпилог к стихотворению родился спусть год:

Ну, сколько ж еще боли?! Братцы!
От ужаса, сковавшего зрачки,
Я жрать готов Истории страницы,
Хранящие те фотокарточки.

Не хватит в мире слез, чтоб выплакать,
Нет крика откричать по ним… нет силы.
Нам, пряча боль, в одном строю стоять,
Собою пополняя братские могилы.


* * * * *

Но не всем воинам, сражавшимся за свою страну, удалось обрести «последнее пристанище», до сих пор (!!!) поисковые отряды находят по лесам и болотам нашей необъятной родины, на местах боев — останки незахороненных советских солдат. Это проблема, которая, на мой взгляд, должна находится на личном контроле главы нормального государства, вызвала во мне такие строки:

Вечная память героям,
А нам лишь сырая земля,
Мы те, кто не вышел из боя,
Нам пухом сражений поля.

Нам пухом гнилые болота
И спутанный ельник лесной,
Где чудится визг пулемета,
Где все еще видится бой.

И я притаился как в детстве,
Плотнее прижался к земле.
Где ж вы, благодарные внуки?
Спасенная Родина – где?

Да, гибнул наш солдат, что называется — «пачками», порою после очередного боя было не разобрать где какая часть тела, поэтому в списки убитых солдат вносили, определяя бойца по останкам личных вещей. А уж о «штрафниках» так и вовсе особенно не думали. Бойцам штрафных батальонов:

Мне бы в масть раздать колоду
И на грудь грамм триста,
Не страшна была бы непогода
И в затылок выстрел.

На бараке солнце в клетку -
Светит понемногу,
Принял «крытый» с «малолетки»
Весной сорок второго.

Эй, начальник, дело шито,
Фраеров бери на понт,
Светит мне штрафная рота
И ударный Южный фронт.

Дай, коллега, папироску,
Чую, дело наше дрянь:
Фриц, зараза, лезет нагло
К полуострову Тамань.

Ох, что за зорька перед боем!
Наглядеться не могу.
Нам бы взять её с разгону,
Эту б##дскую дугу.

Под Ростовом принял масти -
Стал вором рецидивистом,
А помру, видать, в канаве,
Жаль, не коммунистом.



С уважением.