Шопен Спб 65

и какая к черту разница, финский ли, анивский, охотское татарский, разница лишь в шуме волн, настроении, чувствах, эмоциях. я наверное никогда не прекращу восклицать так кричаще, что я была таки в раю, видела Бога… видела волны, дышала ими, творила добро и кидала его в море, как когда-то давно учил меня Миш Ю.
у меня два дома, на одного. два дома на одно сердце, на один живот, на одну душу человеческую. я не могу там без этого, и не могу здесь без того.
дети-цветы, дети когда в них течет часть твоей крови, кажутся мне пластырем, что прилип к тебе навечно к сердцу, Пряня мой, и это уже до конца.эти улыбки безубые, эти глаза серые, эти щеки как попа, и попа как щеки. все это настолько мило моему сердцу, что ни одна грусть-тоска не сожрет чувство безграничной любви к нему.

 в моих колонках Шопен, в моих аудиозаписях Вивальди, в моей душе регион в котором пожалуй можно открыть настежь душу и особо не парться. в моих клапанах центр, шум и гам, движение, грохот..
я была на вершине, была в раю, была там где земля заканчивается.и все равно все равно, мне по сердцу небо низкое, облака плывущие, мимо крыш  таких же невысоких, трубчатых что ли, старых, с тех с которых сосульки падают на детские головы. те, на которые все фотографи так жадут попасть ради все лишь одной фотосессии.

тут их как собак нерезанных, и стоит найти всего лишь одного, что бы прирасти к нему всем что есть у тебя.
у меня кишки вырезают люди, которые к сердцу не имеют никогого отношения, у меня Шопен напрочь взрывает мозг, и будь я в филормонии я б наверное сошла б с ума.

65,78.